"ФИГУРА УМОЛЧАНИЯ" и ФАЛЬСИФИКАЦИИ



Поскольку мне недоступны первоисточники о Машерове П.М.(подпольная работа и партизанский период, трудовая деятельность, протоколы следствия и документы по аварии, я не могу встретиться с родными и людьми из круга Машерова), то в качестве "первоисточника" я воспользовался книгой Славомира Антоновича "Петр Машеров". Такое тем более правомерно, что она представлена как "документальная повесть" и издана тиражом 700 000 экземпляров (первое издание). Автор - журналист, бывший помощник первого секретаря ЦК КПБ, ему были доступны все документы.


Измышления автора -- прикрытие "гнусной комедии" экспертизы и следствия

       Здесь предполагается лишь концептуально заявить о невосприятии измышлений в качестве фактов и о намерении проанализировать несколько "базовых", на которых построены обвинительные(!) характеристики автора, заключения экспертов, а, следовательно, и приговор суда.
Автор поставлен на "первое место" как исполнитель главной роли post factum -- для обработки читателей в заданном направлении, то есть для восприятия ими жертвы дурноты и цинизма как злодея, а вымыслов и фальсификатов -- в качестве результатов профессионально безупречной работы экспертов и следователей.

Дозированные заимствования из документов следствия и суда, каких много в книге, в сочетании с личными измышлениями и комментариями - прикрытие "гнусной комедии", в финале которой честный и невиновный человек, -- жертва! -- оказывается на нарах, а виновники трагедии, -- пусть и подневольные! - на свободе.

Эта книга -- дорожный "кирпич" на дверях лаборатории и на сейфе с подлинными документами, -- если таковые имеются? -- и "железный занавес" перед независимыми экспертами, пожелай они провести следственный эксперимент. Книга - заявка на право частного владения правдой и дозирования ее по потребности заказчиков и лиц "за кадром", которые управляли следственным аппаратом. Сегодня они создают новые легенды о Машерове по зубоскальному афоризму "Ни дня без строчки в сберегательной книжке" и для превращения "фигуры умолчания" в броневой колпак, а фальсификатов -- в объктивную реальность: так было.
Она призвана зомбировать читателя - зафиксировать в его сознании коллаж вместо фотографии, заблокировать мысль, задушить "червь сомнения" в том, что вместо реального мира ему представлена постановка на заданную тему.

Используя документальную повесть в качестве "информации к рамышлению", я хочу подвергнуть сомнению не только очевидные измышления автора , но и попытаться показать фальсификации и "фигуру умолчания"... как "юридических лиц".


Общая "фигура умолчания"

       "Язык дан дипломату не для того, чтобы говорить правду, а чтобы скрывать ее". Это изречение приписыватся французскому дипломату Талейрану и передается в нескольких вариантах, но мысль такова: говори так, чтобы скрыть правду.
По моему мнению, все, что касается аварии 4 октября 1980 года, -- только ли ее!? - в книге описано, подано языковыми средствами именно с такой целью - скрыть правду, увести читателя в сторону и дальше от правды, умолчать о фактах, а где невозможно, то о важных деталях фактов…
Более того, в книге и само умолчание скрыто под всевозможными "ширмами", даже самыми нелепыми: правда не только не сказана, но все сделано так, чтобы не возникло подозрения о ее существовании.
И вообще в книге так много материала "на заданную тему", так много путаницы, даже в цифрах, что не заметить поставленной автором - или перед автором? - задачи невозможно. А потому книга -- хорошая "информация к размышлению", только не в том направлении, как задумано автором и заказчиками, а в противоположном.

Фразеологизм "фигура умолчания" толкуется как средство или комплекс средств для сокрытия важных событий, фактов и лиц, -- умолчание, - чтобы другие события и поступки других лиц объяснялись и понимались иначе, а попросту - чтобы кого-то ввести в заблуждение, обмануть.
Его "изобрел" советский историк Евгений Тарле, известный читателям как автор когда-то популярных книг по истории Франции и России периода от Великой Французской революции до восстания на Сенатской площади ("Наполеон", "Талейран", "Нашествие Наполеона на Россию", "1812" и другие).

В книге С.Антоновича "Петр Машеров" общая "фигура умолчания" неохватно огромна, поэтому рассмотрим лишь "фундаментальные" факты, относящиеся к аварии.


4 октября 1980 года: куда и зачем ехал Машеров?

       Странные вопросы? Отнюдь!
Какое это имеет значение? Ну хотя бы то, что здесь - начальная составляющая всей "фигуры умолчания", а потому, возможно, и ключ к ней.

Сокрытию "Куда?" придается столь важное значение, что на пяти(!) страницах, с 4-й по 8-ю, где говорится о поездке Машерова, нет даже намека на ответ -- только "туман".
Машеров сказал коменданту своей дачи и квартиры В.Юришину:"Еду в Борисовский район. Еще раз напомни Наташе, что приеду вечером на ужин"(стр.8. Здесь и далее выделения в цитатах мои. - А.К).
Для коменданта Юришина и дочки Наташи информация достаточная. Но не для сотрудников милиции и КГБ: Машеров не сам ехал -- они везли его, а потому знали куда конкретно (колхоз-село-дом) в Борисовском районе. А там Машерова уже ждали не только хозяин дома и охрана, но и руководители района.

Даже если предположить, что поездка была неожиданной, на что намекает автор, то и в этом случае она запланирована не позднее утра 3 октября. И выписаны путевые листы шоферам, а в служебных журналах сделаны отметки с указанием конечного пункта поездки. Все это - азбука. А коль повесть документальная, то "фигура умолчания" прямо-таки ощутима.

А чтобы скрыть "Зачем?" Машеров ехал куда-то в Борисовский район, высыпана коробка розовой пропагандистской "пудры": автор цитирует выдержку из передовицы газеты "Правда" (3 октября), пересказывает содержание статьи "Картофель ищет приют" (4 октября) и излагает реакцию Машерова "на критику в печати", ибо "это касалось и Белоруссии". И еще поясняет: "… критику в прессе он воспринял с болью в сердце. Решил сам при первой же возможности побывать на полях…"
Цитаты длинны, пояснения еще длиннее -- почти на полтора страницы, но и сквозь такой слой "пудры"отчетливо видно стремление автора скрыть истинную цель.
Почему же сохранеию этой тайны придается такое важное значение даже спустя тринадцать лет? (Книга издана в 1993 году.)
Разумных причин, как я понимаю, для утаивания места и цели поездки нет.
Скрывая истинную цель, автор показывает в Машерове прежде всего ответственного коммуниста-руководителя, немедленно реагирующего на критику сверху в партийной прессе, заботящегося о сохранении урожая. Пример всем! Карикатура? Да. Зато под ней спрятана истинная цель поездки. Дурнота? Да, но показан заботливый руководитель, истинный коммунист. Почему они так боятся сказать правду?


Главный мотив трагедии: "направление Жодино". Жульнический …
Карта
       Коль спрятана цель поездки, то и вопрос "Куда?" размывается, исчезает, а у автора появляется "чистый лист" для следующего этапа - психологической обработки читателей путем… жульничанья в определенном направлении. Оно начинается с девятой страницы: "Вскоре эскорт выехал на Московское шоссе в направлении Жодино…"
Стоп! Если Машеров сам сказал, что едет в Борисовский район, то эскорт и двигался в напралении Борисова… Ан, нет - в направлении Жодино!!!
"Указатель" автора пока расплывчат, но позже он назовет точные кординаты двух точек на дороге: начальной - экспериментальная база "Жодино", и конечной - "пересечение автомагистрали и второстепенной дороги на птицефабрику". Обе -- в направлении Жодино…
Прикрыв "фигурой умолчания" истинное направление "в Борисовский район", автор сразу откровенно демонстрирует заданность "направления Жодино". Это -- главный мотив в увертюре трагедии. Читаешь книгу - он непрерывно звучит "за кадром"…
Возможно, автор таким художественным приемом решает более тонкую задачу - показывает "трагический мотив" в судьбе своего героя?
Я лично хотел бы так думать, но…

Неужели художник, человек с образным мышлением, "инженер человеческой души", зная всю биографию своего героя, не мог увидеть его душу раньше и найти повод для предположения такого финала, придумать символ? Думаю, мог бы. Но, видно, заказ дан на другую конструкцию и иное направление.
И нет надобности "вооружать глаз", чтобы разгадать цель заданности направления: именно там "притаился" злоумышленник, в котором потом изобличат "преступника".
И автор подтверждает это в первой строке главы "Трагедия" - показывает конкретного человека и обосновывает его предопределенность для роли посланника Судьбы.

Направление -- начальная составляющая всей "фигуры умолчания". Рассмотрен как бы "верхний слой" ее, а есть еще и "второй слой". Он важен: если его "вскрыть", то можно подступиться к ответу на первые вопросы. Поэтому нужно их повторить.


И всё же, куда и с какой целью ехал Машеров?

       Оба вопроса -- "Куда?" и "С какой целью?" -- рассмотрим вместе.
Манипуляции автора со статьями газеты "Правда" неуклюжи, зато под ними спрятана истинная цель поездки и прикрыта "фигура умолчания": ее как бы нет. Но автор перестарался: от чрезмерного усердия допустил две оплошности.

Первая оплошность: если Машеров решил "сам побывать на полях", то почему выехал так поздно? 4 октября в 17 часов уже темно. Он не успел бы побывать даже на одном поле. Оплошность серьезная!..
Вторая оплошность: если Машеров ехал, чтобы "побывать на полях"района, то его непременно(!) сопровождали бы "ответственные" работники ЦК, правительства, облисполкома и обкома партии. И несколько журналистов, среди которых - корреспондент "Правды" обязательно. Элементарное правило. Но он ехал один… И это одиночество, неумело прикрытое "сам", позволяет предполагать, что Машеров ехал не для того, чтобы "самому побывать на полях", а чтобы самому быть в каком-то другом месте. Но не на совещании, а на ином "мероприятии", скорее всего, узком и частном. Суббота и позднее время - дополнительные аргументы правомерности такой версии. Поэтому о поездке не был извещен даже дежурный ГАИ УВД Миноблисполкома.

У такой версии, -- частный визит, -- есть еще одно косвенное подтверждение -- в некрологе: погиб "при исполнении служебных обязанностей". Документально!
Именно частный характер поездки Машерова - начальная составляющая огромной "фигуры умолчания", замаскированная под партийную заботу об урожае.
Это "открытие" важно тем, что сразу разоблачает ложь автора и в дальнейшем побуждает думать.

Почему скрывают правду даже сегодня?
Трудно ответить однозначно. Думаю, они считают, что признание частного визита разрушит цельный портрет "верного сына партии" и покажет Машерова-человека: для коммунистов верность партии важнее человека и человечности. Но если показывать Машерова-человека, то нужно раскрывать больше. А больше либо нечего, либо не желательно…
И если признаться, что тогда лгали, то кто сегодня поверит в ложь?
И третье соображение: сказать правду народу - признать его достойным правды. Значит, нужно сказать всю правду не только о прошлом, но и сегодня не лгать. А состояние Беларуси - хуже некуда, без лжи его не улучшить…
Умолчание и ложь - вот чего достоин "простой народ", который любил Машерова: его не признают сообществом людей, а стадом быдла.
Такова была и есть мораль Системы Машерова. И тех, кто ее обслуживал тогда и обслуживает сегодня.
Итак, куда и с какой целью в субботу 4 октября ехал Машеров, известно лишь семье и обслуге Системы Машерова -- тем, кто сегодня использует его имя для коммерции.


Второй мотив трагедии: хулиган Пустовит "погибели ищет". Расчет "на дураков"

       Цель заданности направления автор подтверждает в первой строке главы "Трагедия" - показывает конкретного человека и обосновывает его предопределенность для роли посланника Судьбы:
"… тридцатидвухлетний Николай Пустовит,.. загрузив 3 тонны 740 клограммов картофеля… Выехав на трассу Москва -Брест, поднажал на педаль газа. Стрелка спидометра "перешагнула" за отметку 70 километров в час.
--Несется, как будто погибели ищет, -- недовольно высказались в адрес Пустовита водитель и пассажир попутной автомашины, которую он обогнал на большой скорости".

Если не обращать внимания, что характеристики "поднажал", "стрелка перешагнула за отметку 70", "несется, как будто погибели ищет", "обогнал на большой скорости" высосаны из пальца, хотя повесть документадльная(!), то в приведенном отрывке все безукоризненно продумано в конечном направлении - к "пересечению автомагистрали и второстепенной дороги на птицефабрику".

Казалось бы, что плохого в цифре "32", если это возраст мужчины? Но в контексте автор "расшифровывает" ее в том же направлении - азарт, хулиганство, на всех наплевать: "…поднажал… Стрелка… "перешагнула", "обогнал", "несется"…
Господа писатель и заказчики, о-о-очень дурно! Или вам так надо?
А на странице 261: "… жил дружно с братьями и сестрами… У него трое детей… Пустовит не пил, не имел никаких отклонений в поведении. По характеру спокоен, уравновешен… ни разу не нарушал правил дорожного движения… За рулем работал 16 лет, был одним из лучших водителей хозяйства, общественным инспектором ГАИ… Он 47 раз поощрялся на работе…"
Именно таким знают Николая Пустовита люди, которые с ним работали.
Как понимать и что означают столь полярные характеристики? А то, что "мы уже проходили": "затаился", "прикидывался", "ждал удобного случая" -- знакомый лексикон! -- и в один день - 4 октября 1980 года! - "показал свое поганое нутро"(из того же словаря!) -- "поднажал" и "несется, будто погибели ищет". Чьей???
Нет надобности комментировать более детально: мерзопакость очевидна…

"Поднажал", "перешагнула", "несется", "погибели ищет" - "обнаженные" стилистические приемы. Но коль речь об аварии, то оценивать их надо с инженерной позиции: в скорости, которая "перешагнула за отметку 70", -- это не более 73! - нет ничего удивительного, тем паче крамольного: "инженерная" скорость самосвала "ГАЗ-53Б" - 83 километра в час, дорога - лучшая в стране, а машина недогружена.
Но автор живописует факт с точным расчетом - "на дураков": Пустовит на большой скорости обогнал попутную машину.
Господин писатель, если Вы ползете на "ЗиЛ-164" или на советском шедевре "Колхида", то извини-подвинься.
Но цель достигнута: читателю представлен хулиган, который "погибели ищет".

Однако принимаем факт: Пустовит обогнал некую "попутную автомашину".
Если он обогнал машину с безымянными водителем и пассажиром, то после аварии этот водитель и его пассажир дали показания как свидетели и в протоколе есть их имена и фамилии. Но ни ссылки на протокол, ни имен-фамилий водителя и пассажира в книге нет, хотя автор пользовался документами. Как говорят школьники, дешевка…

В факте "обгон попутной машины" есть еще одна его характеристика: автор и от себя и в ссылках на документы подаёт скорость более 70 километров в час как "большую" с акцентом "недопустимая" и "аварийно опасная" для самосвала "ГАЗ-53Б".
Однако такую же скорость для самосвала "МАЗ-503" автор не считает аварийно опасной, хотя его конструктивная скорость всего 75 километров в час. На кого расчет? "На дураков"!
Цель автора ясная: ему нужен Пустовит-хулиган.

Итак, автор, использовав примитивные литературные приемы и фальсифицированные факты, дискредитировал - ОКЛЕВЕТАЛ -- водителя Пустовита, чтобы как дорожного хулигана направить к повороту на Смолевичскую бройлерную птицефабрику…в роли посланника Судьбы.


Непрофессинализм, ошибки экспертов или фальсификация фактов?

       Здесь - только заявка на право сомнения в фактах и их характеристиках в интерпретации автора и лиц, причастных к аварии и расследованию ее.
Сомнение в первой части вопроса исключается: все - профессионалы.
И у профессионалов бывают ошибки. Но ошибка ошибке - рознь: есть ошибки в принципе невозможные для профессионала, например, при расследовании аварии не замерить тормозной путь и износ шин, не осмотреть, не замерить и не оценить детали тормозных механизмов. А их четыре! Такая "ошибка" называется фальсификацией.

Факт - то, что есть и было, в народе это называется "правдой". Или "чистой правдой", "истинной правдой" - от контекста. У факта есть характеристики и нюансы. Факт: стакан стоит на столе. Характеристики факта: какой и чей стакан, где стоит, кто и когда поставил? Если стакан с водой, то какая, сколько, когда, кем и для чего налита? И т.д. Факт можно исказить - сказать, что стоял не стакан, а фужер. Еще проще фальсифицировать характеристики факта, поскольку в них личностный фактор может быть даже доминирующим, а способов много, они доступны и дешевы.


Пустовит в ЗАПАДНЕ: загнали или он нарушил правила?..

       Как ни старался автор, но главный мотив он сочинил непрофессионально и сыграл фальшиво. Полный провал? Увы! Книга-то расчитана "на дураков".
На 700 000 невежд и дураков. Система Машерова -- страна дураков?..

Как двигались машины "МАЗ-503" (Н.Тарайкович) и "ГАЗ-53Б" (Н.Пустовит) -- как были расположены на дороге и относительно - автор умалчивает. Нет ответа и на другие вопросы: сколько минут и в каком месте? Все это -- чрезвычайно(!!!) важные характеристики факта следования "ГАЗ-53Б" за "МАЗ"ом.
Отсутствие столь важной информации означает одно: автору нужна - для обмана читателей! - придуманная им картина и нарушитель правил Пустовит. Каких правил? Ни слова…
Еще раз подчеркиваю: эксперты и следователи - профессионалы, а потому всё это должно быть в протоколах. И всё это автор видел. Если хотел…

"Расстояние между машинами было примерно 70 метров. Хорошо просматривалась дорога…" Это -- характеристики факта. Но уточним детали, ибо, как говорят англичане, "в деталях зарыта собака".
Деталь первая: "примерно 70 метров"-- характеристика "потолочная"(!), хотя взята автором из протокола допроса эксперта. Кто видел и оценивал расстояние между машинам? Только Пустовит. И - на глаз. Больше -- никто! А эксперт (!), ссылаясь на "данную обстановку", не дает больше ни одной характеристики той обстановки, хотя их -- несколько! И все - принципиальные для профессионала. Это значит, что эксперт давал заключение в нужном направлении - фальсифицировал обстановку.

Деталь вторая: "хорошо просматривалась дорога". Для кого хорошо? Автор - он пользовался документом! - утверждает, что для Пустовита. Но по контексту и по обстановке на дороге -- для водителя "МАЗ"а Тарайковича! А Пустовит не мог(!) видеть встречную полосу и осевую линию: впереди его был "МАЗ".
Абсурд очевиден. Но книга-то расчитана "на дураков"…

Анализ "данной обстановки" даже без отсутствующих - но обязательных быть! - характеристик позволяет дальнейшее повествование вести так.
Н.Тарайкович, заметив далеко впереди "маяк" (задней милицейской машины), снизил скорость ("сбавил газ") и начал съезжать вправо (в первый ряд), -- штатная ситуация, -- а потому расстояние между машинами стало сокращаться…
Все это - "как на ладони": ситуация - а в а р и й н а я для Н.Пустовита. Уже(!!!) аварийная. Но он об этом еще не знает: уменьшение скорости и съезд вправо идущей впереди машины он принял за обычный, хотя и неумный маневр. И тоже "сбавил газ", чуть позднее…
Кортеж приближался со скоростью 106 километров в час. Но Пустовит НЕ видел его: у него была "повязка на глазах" -- впереди идущий "МАЗ", уже значительно приблизившийся…

Идущие навстречу машины, белую "Волгу" и "Чайку", Н.Тарайкович мог принять за обычные: его внимание было на машине с "маяком". Это непременно важно знать и отметить как характеристику дорожной обстановки.
И тут из белой "Волги", -- милицейская, с "маяком", еще далеко! -- "по громкоговорящей связи" раздается приказ: "Водитель "МАЗ"а! Принять вправо и остановиться!"
Приказ неожиданный(!), -- Н.Тарайкович ждал его от машины с "маяком", -- а потому затормозил немедленно(!) -- "ударил по тормозам", как говорят шоферы.
Н.Пустовит тоже услышал тот же приказ, но не из белой "Волги", -- он ее еще не видел! -- а из-за впереди идущего МАЗа, а потому среагировал на приказ с опозданием более, чем на одну секунду - от 0,7 до 2,4 секунды. (С учетом скорости звука, реакции шофера и срабатывания тормозной системы.)

Если начальное расстояние между машинами было примерно 70 метров, то в этот момент уже значительно менее 70 метров. Сколько? Не знаю. Любой шофер ответит так же.
И "МАЗ" резко затормозил! Расстояние быстро уменьшалось -- равно 25…35 метров (или 20…30?). "МАЗ" ос-та-нав-ли-ва-ет-ся, Пустовит приближается к уже стоящей машине, срабатывает тормозная система, но…
С началом торможения "МАЗ"а ситуация для Н.Пустовита стала аварийной: у него объективная задержка торможения более одной секунды, возможно, две.
Для Пустовита - западня!..


ЗАПАДНЯ: выход один - влево, на дорогу…

       Рассмотрим возможные варианты реакции водителя в такой ситуации.
Первый вариант: торможение.
Хотя в этот момент скорость "ГАЗ-53Б" была менее 70 километров в час, -- а не более 70, -- для Пустовита такой вариант был смертельным. Он это видел. (Позже подтвердится: тормозной путь его машины - на повороте! -- составил 27,6 метра.)
Второй вариат: в правый кювет. И тут "гарантия" стопроцентная: глубина полтора метра с "подстраховкой" 30…40-летними деревьями.
Третий вариант: против правил, но абсолютно безопасный -- поворот влево…на дорогу в сторону птицефабрики. Въезд на дорогу широкий - около 40 метров.

Почему же этот вариант не просто безопасный, а абсолютно?
Все, кто часто ездил по шоссе Минск-Москва, -- у Н.Пустовита это был штатный маршрут, -- видели такие кортежи многократно: "Чайка" движется за передней машиной (с "маяком") на расстоянии 400…700 метров. А у шоферов память и "глазомер" -- профессиональные.
Я лично замерял расстояние между машинами по часам: от 15 до 25 секунд. И двигались они только по осевой линии, исключений не было.

Итак, третий вариант -- против правил! - был абсолютно безопасным: минимальное "окно" в 15 секунд позволяло Н.Пустовиту не только спокойно переехать дорогу за перекресток, но и отъехать от него на 100…200 метров.
Поэтому, спасаясь от неминуемой - неминуемой!!! - смерти, он принял единственное из возможных решение, которое давало надежду спастись - повернул влево на дорогу. Дорога была Лодкой из известной притчи, которую Бог послал Человеку, чтобы спасти его. И этот Человек воспользовался ею. По следам видно: поворот на дорогу.
Здесь -- тот случай, когда человек в надежде на спасение хватается не только "за соломинку", но и "за бритву".
И никаких правил Пустовит не нарушал - и не мог нарушить!!! -- это была мгновенная инстинктивная реакция на смертельную опасность -- выход из западни, которая захлопнется через две секунды. Две секунды…


ВЫХОД из западни - нарушение "Правил дорожного движкния"?

       Шофер Пустовит оказался в западне.
В большинстве случаев такая ловушка -- рукотворная, поэтому прежде попытаемся узнать кто ее сотворил или же кто и что нарушил, чтобы она сотворилась как следствие нарушений ("причина причины").

Среди основных причин дорожных аварий первая - нарушение "Правил дорожного движения". Этот случай, согласно заключению экспертов -- типовой. Господа эксперты, позвольте уточнить: типовой, но третий из аналогичных?…
Реплика справедливая: водители всех транспортных средств руководствуются "Правилами", а водители "спецавтомобилей" - своими инструкциями, которых никто, кроме их, не знает. А все движутся по одной дороге.
"Водитель транспортного средства, оборудованного специальными звуковыми и световыми сигналами… может отступать от предписаний глав … настоящих Правил при условии обеспечения безопасности движения… Водители обязаны уступить дорогу и в случае необходимости остановиться для обеспечения беспрепятственного проезда транспортных средств, подающих специальные звуковые и световые сигналы…" ("Правила", гл.II, п.13, 1973г.).
В какую сторону и насколько они могут отступать, никто не знает, а потому никто, кроме их самих, не может знать, что и насколько они сами нарушили. Но оценивают всегда только они.

Эксперты установили, что нарушения правила движения, приведшие к аварии, были только со стороны Пустовита.
Как мы видели, Пустовит нарушил "Правила" невольно: он вырывался из смертельной западни, в которую его загнали.
Общеизвестно, водители нарушают "Правила" обдуманно, а у Пустовита было всего две секунды, чтобы убереться от смерти - нажать на тормозную педаль и вывернуть руль влево, чтобы не стукнуться в стоящую машину. Для обдумывания нарушения времени не было.
Все остальные "участники движения" нарушили правила сознательно.

Рассмотрим реальную обстановку на дороге и оценим конкретные нарушения, по причинно-следственной цепи: факт-причина-следствие-последствие ("причина причины").
Такой анализ очень важен, потому что следователи и автор книги при описании аварии все важные детали прикрыли "фигурой умолчания" или изуродовали до неузнаваемости - фальсифицировали.
А нарушения правил безопасности охраной не только не анализируются по цепи, но и подаются как второстепенные, сопутствующие -- как фон, на котором совершены нарушения "Правил" водителем Н.Пустовитом, ставшие причиной аварии.

Но его нарушения - ему приписывают два нарушения -- не первопричина, а следствие нарушений ими своих правил и инструкций, ибо они вынудили Пустовита поступить так, как он поступил.
Потому и начнем с поиска первопричин - с первичных фактов нарушения правил. И рассмотрим по деталям. Ибо, повторюсь, "в деталях собака зарыта".


ГЛАВНАЯ ПРИЧИНА аварии - малое расстояние между передней машиной сопровождения и "Чайкой"

       О чем бы ни умалчивали свидетели и эксперты, как бы ни изощрялся следователь в формулировках "обходных" вопросов, и как бы ни "пудрил мозги" читателям автор книги, но в книге сказано и показано, что главная причина аварии -- малое расстояние между передней машиной сопровождения и "Чайкой".
Однако каким должно быть расстояние ни от автора, ни в документах, на которые он ссылается, нет ни одного слова. (Это важно знать и помнить.)

Повторяю, по моим наблюдениям, это расстояние должно быть 400…700 метров. Зачем такое расстояние?
Они движутся по дорогам общего пользования со скоростью 120 километров в час, по осевой линии. Шоферам встречных и обгоняемых машин "по громкоговорящей связи" (по "матюгальнику" - жаргон шоферов) дается команда: "Принять вправо и остановиться!" или "Освободите дорогу!" При этом называется марка машины, водителю которой отдается приказ.
Для исполнения приказа нужно 7…12 секунд - в зависимости от марки и скорости машины, груза, состояния дороги и реакции шофера.

Каким было расстояние между передней "Волгой" и "Чайкой"-- вопрос приципиальный и ключевой, но ответ на него есть лишь приблизительный.
Старший лейтенант Ковальков и старший лейтенант водитель Слесаренко, "развернувшись в обратном направлении, в 100 метрах от себя увидели в дыму "Чайку", горящий грузовик",(стр.240).
Расстояние указано достаточно определенно, автор как бы ссылается на милиционеров. Хотя у них глаза профессиональные, добавим одну треть - будет 135 метров. В это расстояние внесем поправку: чтобы остановиться со скорости 106 километров в час, "Волга" должна пройти на тормозе 35…50 метров. Учтем и то, что водитель нажал на тормозную педаль после столкновения "Чайки" с самосвалом и после того, как "Ковальков… посмотрел в зеркало и заметил…" С учетом скорости звука и задержки реакции у Ковалькова и у водителя Слесаренко общая задержка начала торможения была более одной секунды, то есть составила 40…50 метров пути.
После сложения-вычитания расстояние между машинами оказалось равным 35…60 метрам.

Заведующий лабораторией НИИ судебной экспертизы Э.Леневский на допросе сказал: "… отдаление ее ( машины "Чайка" - А.К.) от места столкновения в момент начала поворота автомобиля ГАЗ-53Б влево могло быть не менее 71 метра ", (стр.245).
Где эксперт взял эту загадочную цифру, не сообщается, но если ее принять за реальную, и сделать расчет по другой "картинке", то это расстояние будет более 81 метра. Отличается. Не надо придираться…

В качестве "контрольной задачи" возмем важный момент в книге, позаимствованный автором из следственных документов.
К сожалению, вместо "задачи" для 7-классников следователи предлагают "ребус": "В момент, когда задняя часть спецавтомобиля ГАЗ-24 № 01-30 МИК (передняя "Волга" - А.К.) поравнялась с передней частью автомобиля ГАЗ-53Б, последний находился на расстоянии 0,5 метра от осевой линии трассы и до ее пересечения должен был проехать около двух метров. На этом же расстоянии от осевой линии (по ходу движения ГАЗ-53Б) на левой стороне дороги произошло столкновение" (стр.244).

Похоже, что написано так, чтобы никто ничего не понял - "сплошной туман". Но ни "0,5 метра", ни даже "около двух метров", сыгравшие роковую роль в судьбе многих людей, в "контрольной задаче" не окажут решающего влияния на результат, он все равно ошеломляющий: расстояние между передней "Волгой" и "Чайкой" было не более 10 метров.

В этой "туманной картинке" есть еще один - тоже ошеломляющий! -- нюанс: как сумели милиционеры Ковальков и Слесаренко, сидя в передней части своего спецавтомобиля, -- один за рулем, другой с микрофоном, -- проносившегося мимо самосвала "ГАЗ-53Б" со скоростью 29,44 метра в секунду, "замерить" расстояние от передней части самосвала до осевой линии в тот момент, когда задняя часть их автомобиля поравнялась с передней частью самосвала? Фантастика!

Итак, "первоначальное" расстояние между машинами "100…150 метров" (стр.239), указанное автором со ссылкой на Н.Тарайковича, постепенно уменшаегся и по расчету -- на основании документа! -- равно не более 10 метров.
Правда, мой расчет "опровергается" автором: "зафиксированы следы торможения автомобиля ГАЗ-13 "Чайка" длиной 22,5 метра". Но это "опровержение" лишь подтверждает, что "туманная картинка", нарисованная экспертами, -- фантастика… фальсификации.

Дистанция 81 метр в принципе опасная при скорости 120 километров в час, а для "Чайки" - неприемлемое, поскольку, как утверждает эксперт Э. Леневский, "величина остановочного пути "Чайки" составляет около 90 метров".
К этим "90 метрам" нужно "добавить": водителю Е.Зайцеву уже 60 лет, он болен, глаза "неисправны", к тому же он ехал в очках со светофильтрами.
Такой информации достаточно для прогноза: авария возможна. Она же, информация, есть доказательство нарушения специнструкции службой охраны.


Как двигался кортеж?

       Как двигался кортеж, - по осевой линии или по правой полосе дороги, -- важно не только в принципе, но и в конкретной обстановке: "0,5 метра", а тем более "около двух метров" имели жизненно важное значение.
В представленной следствием "туманной картинке" (стр.244) видно, что передняя машина -- и весь кортеж - двигалась по правой стороне.
Однако мы уже определили: та "туманная картинка" - она из следственного документа!-фантастика… фальсификации.
А как двигался кортеж на самом деле?

Автор от себя, вероятно, на основании беседы с водителем Н.Тарайковичем, дает такую картину: "…водитель МАЗа Н.Тарайкович впереди заметил эскорт трех легковых автомобилей, двигавшихся навстречу по осевой линии. Первой шла "Волга" ГАЗ-24 белого цвета…"(стр.239).
Но на странице 242 он изображает иное положение машин: "…ближе к осевой линии дороги, зафиксированы следы торможения автомобиля ГАЗ-13 "Чайка" длиной 22,5 метра с поворотом несколько вправо". Опять "туман": ближе - это где? Несколько вправо - это сколько?
Гляжу на фотоснимок места аварии, помещенный в книге: следы торможения "Чайки" показывают, что она двигалась по осевой линии. Снимок в книге - оплошность автора?..
Но ни в заключениях экспертов, ни в протоколах допроса милиционеров этот вопрос - как двигался кортеж? -- не встречается. Случайно?..

Отчего такая "плотная" "фигура умолчания" по важнейшей характеристике дорожной обстановки?
Осевая линия - точный и неизменяемый ориентир на дороге. По взаимному положению машин кортежа, "МАЗ"а и самосвала "ГАЗ-53Б" относительно осевой линии можно судить о том, с какого расстояния от "МАЗ"а водитель Пустовит мог увидеть кортеж и, в частности, заднюю "Волгу"(с "маяком"), ибо передняя машина была белой и без "маяка".
И лишь спустя 20 страниц автор "мимоходом", ссылаясь на … заместителя министра внутренних дел Казарцева Г.И., сообщает: "по осевой линии…"


ВТОРАЯ ГЛАВНАЯ ПРИЧИНА аварии - отсутствие "маяка" на передней машине сопровождения

       В книге нет даже намека, каким было расстояние между "Чайкой" и задней "Волгой" с "маяком", которую хорошо видел водитель "МАЗ"а Н.Тарайкович и мог видеть водитель "ГАЗ-53Б" Н.Пустовит. Но милицейская машина была еще далеко - за 500 метров. И мог - не значит, что видел…
И вот тут неожиданно -- крик из "матюгальника":"Принять вправо! Остановиться!"
Неожиданный пугающий приказ - кто не слышал его? -- спровоцировал водителя Н.Тарайковича на адекватный маневр - резкий поворот вправо (в первый ряд), экстренное торможение и остановка. Посреди дороги! А справа (в первом ряду) -- самосвал "ГАЗ-53Б"!
И водитель Н.Пустовит мгновенно(!) оказался в смертельной западне…
Такой маневр "МАЗ"а был совершенно неожиданным для Н.Пустовита, потому что не соответствовал дорожной обстановке, которую он видел со своей машины за 2-3 секунды до этого, то есть Пустовит психологически не был готов к адекватной реакции на маневр "МАЗ"а.
Отсутствие "маяка" на передней машине - вторая главная причина аварии.

Есть и еще один нюанс - тоже "психологический".
Если принять во внимание, что передняя "Волга" была белого цвета, а не в "униформе", то движение ее по осевой линии со скоростью более 100 километров в час могло быть расценено шоферами встречных машин как хулиганство водителя и соответственно воспринято: "Вот, наглец!", "Поросенок наглый". Тогда такое хулиганство было в порядке вещей: водители государственных "Волг" входили в "касту неприкасаемых", а владельцы -- богатые и влиятельные люди, тоже "гаишников" не боялись…

Профессионалы знают: такие нюансы при анализе аварии по причинно-следственной цепи ("причина причины") чрезвычайно важны. Но тут они почему-то оказались "невеждами"…
"Девственная неосведомленность" профессионалов - в который раз! - лишь подтверждает важность отсутствия "маяка" на передней машине в сочетании с малым расстоянием между ней и "Чайкой" и убеждает в заданности следствия на поиск чужого нарушителя.

Ибо свои нарушители -- вот они: "В распоряжении старшего группы Ковалькова был автомобиль ГАЗ-24 № 01-83 МИК, который оборудован как специальный, и он в соответствии с требованиями специнструкций должен был ехать первым в колонне. Действия старшего группы эскорта Ковалькова противоречили требованиям правил и специнструкций" (стр.244).
Старший лейтенант милиции Ковальков был не первым -- и не главным! --нарушителем "правил и инструкций": "Чесноков всегда приказывал снимать его ("маяк" - А.К.), иногда - ставить. В тот трагический день такой команды не было, и я выехал без маячка".
Это - ответ старшего лейтенанта милиции Слесаренко на вопрос следователя, а Чесноков -- майор КГБ…
Но и Чесноков, хотя он и майор КГБ, тоже не первый, кто сказал "а": "…на передней машине он ("маяк" - А .К.) не устанавливался, потому что Машеров не любил ездить с маячком, а в КГБ с этим согласились…" (стр.242, ответ Ковалькова на допросе).
А в КГБ кроме майора -- полковники и генерал Я.П. Никулкин. И отдельно - министр внутренних дел Г.Н. Жабицкий, тоже генерал, протеже самого П.М. Машерова…

Как видим, отсутствие "маяка" на передней машине признаётся нарушением правил безопасности службой охраны, но в итоговом заключении экспертов формулируется иначе: "действия старшего группы эскорта Ковалькова противоречили требованиям правил и инструкций". Противоречили… Вместо "нарушил правила и инструкции". Вот так-то! И, разумеется, ни одного слова не сказано о причинно-следственной связи противоречия с аварией: как, -- в деталях! -- сказалось отсутствие "маяка" на дорожной обстановке?
Поскольку все - профессионалы, то и "фигура умолчания" по этому вопросу "молчит" однозначно: НЕ могли - НЕ могли! -- быть признаны нарушителями -- и виновными! -- Машеров и КГБ. А потому "нарушителя" - и виновного в аварии! -- надо было найти. И его нашли…


ТРЕТЬЯ ПРИЧИНА аварии: "МАЗ-503" остановился на полосе движения. Вместо обочины

       Еще раз подчеркиваю: знать положение машины "МАЗ-503" на дороге в начале и в конце тормозного пути чрезвычайно важно для оценки дорожной обстановки и реакции водителя "ГАЗ-53Б" Н.Пустовита.
Нет сомнения, что профессионалы определили положение"МАЗ"а на дороге по следам торможения с точностью до сантиметра. До сантиметра! Но в книге нет никакой информации.
Полагаю, кто-то допустил грубейшую оплошность: я нашел эту информацию… на фотоснимке. Правда, с меньшей точностью, но вполне достаточной для моделирования поведения водителя Пустовита, загнанного в западню.

Ранее рассмотрены три варианта выхода из западни. Два - с безусловной гарантией гибели Н.Пустовита, третий с абсолютной гарантией безопасности. (Если бы охрана не нарушила свои правила.)
В принципе был лучший из лучших четвертый вариант - обойти "МАЗ-503" слева. Но мы не знаем, где он стоял. Чтобы знать, нужно увидеть тормозной путь. А его… нет!
Написано, что Пустовит видел "МАЗ" перед собой, что означает: машина стояла на полосе движения. А по "Правилам" должна остановиться на обочине.
Именно так - на полосе движения - водитель "МАЗ"а остановил(!) машину: это видно по следам торможения самосвала "ГАЗ-53Б", который "внезапно из-за "МАЗ"а резко выскочил" (стр.240).
И потому водитель Н.Пустовит не мог обминуть её: западня.

Я не могу судить, нарушил ли "Правила" водитель "МАЗ"а, -- эксперты не усмотрели нарушения, -- а могу лишь сослаться на "Правила", по которым второй раз сдавал экзамен: "96. Перед остановкой транспортного средства водитель обязан перестроиться и остановиться у тротуара или на обочине, а при их отсутствии - у края проезжей части" ("Правила…", 1973 г.). На шоссе Минск-Москва ширина обочины - три метра.
В любом случае, внезапная остановка на дороге, когда известно, что сзади движется машина, поступок чрезвычайно дурной для профессионала. Общеизвестно и то, что профессиональная дурнота всегда рассматривается как злодеяние, даже если оно и неподсудное.
Я не могу судить, правильно ли остановил машину водитель "МАЗ"а, но у меня достаточно оснований не доверять заключениям экспертов.
И могу утверждать с абсолютной уверенностью: если бы водитель "МАЗ"а остановил машину на обочине, то аварии не случилось бы.


Версии бытового уровня "ОБС" - аргументы экспертов

       Размышляя дальше, нужно помнить о "фигуре умолчания" над взаимным положением всех машин и относительно осевой линии.

На вопрос следователя эксперт Э. Леневский ответил: "…было установлено (следственным экспериментом - А.К.), что с места водителя автомашины ГАЗ-53Б кортеж встречных спецавтомобилей виден с расстояния от 150 до 400 метров, что позволяло Пустовиту при соблюдении им правил безопасного движения заметить этот кортеж своевременно и принять необходимые меры по обеспечению его беспрепятственного проезда".
Возможно, это правда - позволяло заметить кортеж. Возможно…
Господа эксперт и писатель, я "очень сильно" сомневаюсь в Ваших утверждениях, -- для этого у меня достаточно оснований, -- а потому прошу ответить на несколько необычных вопросов.
Почему в итоговом заключении судебно-автотехнической экспертизы, на который ссылается автор, вопрос как двигался кортеж - по осевой линии или по правой стороне? -- остался не рассмотренным?
Почему путанно и противоречиво говорится о расположении машин "МАЗ-503" и "ГАЗ-53Б" на дороге (относительно осевой линии) и между собой до аварии и в момент поворота "ГАЗ-53Б" влево?
Почему одна из составляющих "расположения машин" -- расстояние между ними - дается не по конкретной обстановке, а со ссылкой на следственный эксперимент?
Почему расстояние между передней "Волгой" и "Чайкой" "растянуто" от 22,5 до 150 метров?
И почему бытовые версии и домыслы используются в качестве аргументов? Вот такие, например.

Первая версия экспертов: "Отвлекшись от наблюдения за дорожной обстановкой, водитель автомобиля ГАЗ-53Б Пустовит не изменил скорости движения при сокращении дистанции с автомобилем МАЗ-503, нарушил правила движения…" (стр. 244).
На основании фальшивых аргументов эксперт дает заключение для суда: "нарушил правила движения". (А суд на основании фальсификата вынес приговор: виноват.)

Первая версия автора (стр.240): "Проехав автобусную остановку (недалеко от указателя поворота к Смолевичской бройлерной птицефабрике), Николай Пустовит на мгновение утратил бдительность, отвлекся. Когда же взлянул вперед, пришел в ужас: к нему стремительно приближался борт стоящего МАЗа, до него оставалось 20-30 метров. От страха, чтобы не столкнуться с автомобилем, Пустовит нажал на тормоза и резко вывернул руль влево…"
Если водитель Пустовит загляделся на красивую женщину на автобусной остановке, --а почему бы и нет!? - то он "утратил бдительность" до и напротив самой остановки, да и то лишь на мгновение. Но до поворота еще 300(!) метров, что в пересчете на "мгновения" -- 15 секунд. Считайте: раз-и, два-и…
А вот расстояние 20…30 метров "до борта стоящего МАЗа"- уже стоящего! - указано точно. Потому Пустовит "резко вывернул руль влево" не от страха, как иронизирует автор, а от смертельной опасности, возникшей неожиданно, это была реакция по инстинкту сохранения, ибо и такой маневр на скорости 70 километров в час - даже с торможением! - тоже смертельно опасен.

Вторая версия экспертов: "Скорость движения ГАЗ-53Б перед началом торможения была более 70, а в момент столкновения - около 50 километров в час".
Хотя это утверждение ни в какие ворота не лезет, оно фигурирует в протоколе экспертов в качестве доказательства(!) вины Пустовита: при равной скорости движения с "МАЗ"ом (70 километров в час) он "имел техническую возможность занять крайнее правое положение на проезжей части и остановиться без маневра влево…Таким образом, действия водителя ГАЗ-53Б не соответствовали требованиям правил…"
Такое заключение профессионалов - свидетельство заданности экспертизы и следствия: фальсификация.

Вторая версия автора (со ссылкой и картинкой): "Старший инспектор Прохорчик, замыкавший эскорт, при подъезде к дороге на птицефабрику увидел, как внезапно из-за МАЗа резко выскочил ГАЗ-53 и на скорости не менее 50 километров в час пересек осевую линию и выехал на полосу встречного движения…" (стр.240)
Известно из кино: у совеских милиционеров фантастические способности.
4 октября была реальная жизнь, а не кино: в то мгновение, когда "ГАЗ-53Б" "внезапно" и "резко выскочил" из-за "МАЗ"а, задняя "Волга", из которой старший инспектор Прохорчик видел этот маневр самосвала, находилась от "дороги на птицефабрику" -- и от машины "ГАЗ-53Б" - на расстоянии 300…500 метров. Вымысел - как на ладони! И называется он фальсификацией. Можно сказать и так: лжесвидетельством. И скорость "не менее 50 километров в час" фигурирует в документе. А автор умалчивает, откуда он взял все это…

Однако предположим, что машина старшего инспектора Прохорчика в тот момент находилась "при подъезде к дороге на птицефабрику" - была в 100 метрах от нее. Предположим… То "Чайка" уже была бы за перекрестком, не ближе 200 метров от него, а инспектор Прохорчик мгновенно включил бы сирену и нажал на педаль тормоза, чтобы не столкнуться с самосвалом "ГАЗ-53Б". А когда его машина остановилась бы, самосвал уже был бы в 40…50 метрах от неё и от московской дороги.

Но! В этих и подобных "картинках" экспертов и автора нет даже намека, каким было расстояние между "Чайкой" и задней "Волгой" с "маяком" …
И раньше и позднее я замерял - замерял! - по часам: расстояние между "Чайкой" и задней машиной сопровождения равно от 9 до 17 секунд, то есть от 300 до 500 метров.


Анализ состояния тормозной системы - путь к истине

       Но путь к истине закрыт: в ссылках автора на экспертов нет характеристик следов торможения трех машин, а лишь информация "на дураков". Вот такая: "С другой стороны, ближе к осевой линии дороги, зафиксированны следы торможения автомобиля ГАЗ-13 "Чайка" длиной 22,5 метра с поворотом несколько вправо" (стр.242).
Следы "зафиксированы" - это хорошо, но без описания их и без анализа всех элементов тормозной системы судить об эффективности ее невозможно.
Однако, судя по фотоснимку, длина зафиксированых на асфальте следов эффективного торможения автомобиля "Чайка" не превышает 10 (десять) метров…
Оставим отточие для размышления, ибо факт весьма серьезный: он опровергает одно заключение и ставит под сомнение другое. И снимок в книге - не протокол...
На тормозном пути 22,5 метра начальная скорость "Чайки" 106 километров в час должна была уменшиться до 60…70, если бы эффективность тормозной системы соответствовала штатной.
И если бы все, кто был в "Чайке", пользовались привязными ремнями, -- это обязательно по "Правилам"! - то на такой скорости остались бы не только живыми, но и невредимыми…
Смею предположить: либо скорость "Чайки" была не 106, а 120 километров в час, либо у машины была неисправна тормозная система. Либо…

Эксперт Леневский (на допросе): "Расчеты, произведенные в исследовательской части заключения, показывают, что величина остановочного пути "Чайки" составляет около 90 метров…"(стр.245).
Есть международные инженерные термины "тормозная система" и "тормозной путь", есть стандартные методы испытания и диагностики, но я понимаю, о чем говорит эксперт, знаю, о чем он умалчивает, и догадываюсь, почему говорит "туманно". А потому смею судить так: если у "Чайки" "остановочный путь" равен 90 метрам, то на такой машине надо было ездить со скоростью не более 80 километров в час. Но не 120...

На основании заключения экспертов могу предположить, что неисправность тормозной системы "Чайки" и превышение скорости ее водителем Е.Зайцевым -- он знал техническое состояние своей машины, но Машеров любит быструю езду - есть четвертая(?) и пятая(?) причины аварии.
И хотя автор книги очень дурно отзывается о водителе Е.Зайцеве, тот совершенно не виноват: он тоже жертва Системы Машерова.
Поскольку эта авария -- третья из аналогичных, то необходимые сведения по тормозным характеристикам "Чайки" уже были в архивах КГБ и МВД, их надо было лишь взять и посмотреть. Кому надо было? Кому надо было, тот все знал…

В книге есть деталь, на которую следует обратить внимание: П.К. Пономаренко и К.Т. Мазуров ездили тихо, их возил "тихоходный" водитель Малеев (стр. 263). А Машеров любил ездить быстро. Поэтому, став первым секретарем, вместо Малеева он взял к себе Зайцева, который возил его с 1964 г.
Что такое "быстро"? 90 и 100 км/ч - разница 10%, всего 5-6 минут. Если скорость 120 км/ч - разница 10-12 минут.
А может, дело не в любви?
Каждый "сухопутный" офицер знает: по цели, движущейся со скоростью более 100 км/ч, невозможно вести прицельный огонь из пистолета - только из автоматического оружия и с близкого расстояния…

О тормозном пути автомобиля "МАЗ-503" даже не упоминается…
Думаю, что и тут тоже проявилось "невежество" профессионалов: по следам торможения можно судить о положении машины на дороге в начале и в конце тормозного пути.


ШЕСТАЯ ПРИЧИНА аварии…

       … в том, что телохранитель Машерова майор КГБ Чесноков сидел на заднем сиденье, а потому объективно не мог выполнять своих функциональных обязанностей: он был там просто пассажиром.
И в этом вина только Машерова лично. Вина или беда?…

Я мог бы подробно прокомментировать это нарушение, начав с… американской автомобильной выставки в Москве в 1959 году, но такое неуместно.
Насколько я могу судить, в специнструкции записано, что на переднем сиденье рядом с водителем обязан сидеть телохранитель, а охраняемое им лицо - на заднем сиденье, ибо это - общее и обязательное правило безопасности. И никем в мире не нарушается.
Не нарушается не потому, что нигде на таком уровне не принято нарушать правила: это считается не только дурным тоном, но и дурным знаком.
И не только потому, что заднее сиденье - самое безопасное место в машине, а место рядом с водителем - самое опасное, -- с 1959 года это азбука! -- а потому, что впереди должен сидеть начальник охраны - чтобы видеть, оценивать обстановку и принимать решения. Потому - потому! -- в машине Машерова был не лейтенант милиции, а майор КГБ, телохранитель, у которого прав и полномочий больше, чем у общевойскового генерала.

А теперь, не меняя деталей в дорожной обстановке, посадим по местам Машерова и Чеснокова и смоделируем ситуацию перед перекрестком.
У майора Чеснокова реакция - как у боксера, а потому, увидев "внезапно выскочивший" из-за "МАЗ"а самосвал, он мгновенно, -- раньше, чем старый и больной Зайцев нажмет на тормоз, -- схватил бы руль и повенул на себя вправо -- "Чайка" со скоростью 106 километров в час промчалась бы по обочине на широкий перекресток. Мимо самосвала!!! И - все живы и целы.
А если бы "Чайка" двигалась по правой стороне, а не по осевой линии, то ситуацию и моделировать не надо…


СЕДЬМАЯ причина аварии: отсутствие радиосвязи между передней машиной сопровождения и "Чайкой"

       Малое расстояние между передней машиной сопровождения и "Чайкой", ставшее главной причиной аварии, было "причиной причины", только следствием, другого нарушения - отсутствия радиосвязи между этими машинами: начальник охраны Чесноков не мог дать команду старшему эскорта Ковалькову и водителю передней "Волги" Слесаренко увеличить дистанцию до штатной, то есть до безопасной.
Причина отсутствия радиостанции в "Чайке", думаю, объясняется просто: этого не хотел Машеров. Почему не хотел, если радиосвязь -- штатное оборудование для обеспечения его безопасности?
Полковник Сазонкин, руководители служб КГБ и МВД, отвечавших за безопасность белорусских руководителей, несомненно, знают мотивы отказа Машерова от радиосвязи, поскольку этот вопрос, как я понимаю, не раз, а постоянно обсуждался в их кабинетах. Но они молчат.
Знать почему Машеров не хотел, чтобы в машине была рация, чрезвычайно важно. Полагаю, искать ответ надо не только в "силовых" кабинетах.
Могу высказать лишь те предположения, которые "на поверхности", очевидны для каждого.
Во-первых, будь в машине рация, Машерову пришлось бы уступить переднее сиденье своему телохранителю майору Чеснокову (полковнику Сазонкину) и сесть на заднее. Похоже, что на заднем сиденье Машеров испытывал не просто всем знакомый дискомфорт, но и "комплекс неполноценности": его везут. А на переднем - он едет. Потому переднее сиденье -- ЕГО МЕСТО, там ехать -- только ЕГО ПРАВО. В этом - стереотип мышления почти всех советских начальников. Но скорость -- 120 километров в час… А привязным ремнем он не пользовался.
Если так для всех означало "я - начальник", то Машеров в должности Первого Лица трансформировал в признак своей демократичности, доступности и близости к народу. Это особенно заметно при выходе из машины - прямо к народу. И сам выходит. А с заднего сиденья выходить помогают, как бы выводят и при этом заслоняют от народа. Тонкий психологический ход…
И, как следствие, уступить свое место означало для него не только снизить этот имидж, но еще и как бы позволить командовать собой.
Во-вторых, как отмечает полковник Сазонкин, Машеров часто разговаривал с водителем Зайцевым - высказывался о том, что видел по дороге. Сидя на заднем сиденье, он лишался такой возможности. А говорить Машеров, ой, любил… Слушать - нет, а прислушиваться - тем более.


ЕСЛИ БЫ НЕ БЫЛО ДОРОГИ на птицефабрику…

       Пустовит повернул влево, потому что не мог обминуть "МАЗ", а въезд на дорогу на птицефабрику - широкий и свободный.
И хотя он "опоздал" на 0,1 секунды, у него еще оставался шанс выехать на дорогу, -- это видно по следам торможения, -- а не свалиться в кювет глубиной 1,2 метра.
Если бы не было дороги на птицефабрику, -- Пустовит "Чайку" не видел! -- он попытался бы обминуть "МАЗ" -- выехал бы на осевую линию шоссе.
И -- лоб в лоб с "Чайкой". Мгновенно…

Вот при таком исходе аварии легенда об убийстве была бы почти правдоподобной. И любые сомнения отметались бы с порога…
Кое-кто даже не скрывает сожаления и раздражения поведением совхозного шофера: "Водитель мог предотвратить столкновение…"

<< Назад                Далее >>


Быстрый переход: